Парашютный клуб ДОСААФ открылся в феврале 1965 года. Давайте вспомним, как это было.

Осенью 1964 года в школах Южно-Сахалинска были расклеены объявления, написанные от руки: «Объявляется запись в парашютную секцию. Желающих ждут…».

Вскоре в одном из учебных заведений начались занятия. Вели их Павел Мартынов и Виктор Белобров. Инструкторы рассказали новичкам о парашютном спорте и выдали направления для прохождения медосмотра.

Одни целую недели бегали по врачам, другие решили, что всё это слишком сложно и не стоит затраченных усилий.

А те, кто не пожалел своих усилий, были зачислены. Уроки для них проходили в радиоклубе и школе № 5. Новички учили теорию, пытались делать учебную укладку парашюта.

Но как ее сделать, если классы маленькие и места на всё про всё не хватает? А еще и сторож радиоклуба не всегда пускал вечерами на занятия.

Поэтому на этой стадии ряды будущих парашютистов вновь поредели. В числе оставшихся были Светлана Смирнова, Геннадий Попов, Виктор Бакшин (все из школы № 5).

В начале января новобранцы всё-таки справились с учебной укладкой. Инструкторы пообещали им, что вскоре начнутся учебные прыжки.

В феврале были зачеты. Шестеро сдали на «хорошо», остальные – на «отлично». Радости добавило решение на базе секции создать общественный парашютный клуб. Он оказался самым восточным в СССР!

9 июля наконец-то дошла очередь и до прыжков. Спортсмены боялись проспать, поэтому ночью почти никто не смог сомкнуть глаз. А потом еще долго пришлось ждать самолета. И вот, наконец, зачитывается приказ:

- Произвести прыжки следующим курсантам…

Перечисленные курсанты на негнущихся ногах пошли к самолёту. АН-2 весело пробежался по взлетной полосе, в конце ее немного подпрыгнул и  взлетел. Курсанты приплюснули носы к иллюминаторам и зачарованно смотрели на стремительно уменьшающийся в размерах Новоалександровск.

Прошло несколько томительных минут, затем Павел Мартынов открыл дверь и улыбнулся: «Приготовиться!» Первым прыгнул Сергей Федчук, за ним – Виктор Бакшин и остальные.

- Подхожу к двери, внизу плывёт земля. Придерживая запасной парашют, делаю шаг в пустоту. Дальше – провал в памяти. Пришел в себя только после раскрытия парашюта. Глянул вверх – надо мной купол. От переполнявших эмоций запел. А земля – всё ближе и ближе. Удар – и я уже на земле. Быстро гашу купол и пытаюсь встать. Но тут же упал от страшной боли в ноге. Как выяснилось чуть позже, у меня оказалась трещина кости. Допустил ошибку при приземлении – не сдвинул ноги, - вспоминал впоследствии Виктор Бакшин.

В августе Виктор ходил на костылях. Поэтому мало чем мог помочь своим друзьям, которые строили спортивно-тренировочный городок. В нем появились трамплин, качели, колесо, макеты самолета и купола.

10 сентября курсанты совершили вторые прыжки. На этот раз ошибок было больше. Приземлиться нужно было в круг с радиусом 130 метров, что удалось сделать немногим.

Анатолий Прекраснов прыгал последним. Он оказался чуть тяжелее остальных, но быстро стал догонять их. При этом вошёл в зону затенения другого парашютиста. Парашют Анатолия стал складываться, и курсант быстро полетел вниз, обгоняя остальных. Парашют расправился только недалеко от земли. Правда, сам Прекраснов всего этого не заметил.

Похвалы наставников удостоился разве что Сергей Федчук. Ему нужно было в воздухе раскрыть запасной парашют, с чем он справился на «отлично».

Те, кто не допустил ошибок, тут же на летном поле получили значки «Спортсмен-парашютист 3-го разряда».

Впрочем, это не уберегло их от жесточайшего разноса во время разбора полетов, который устроили инструктора. Но постепенно всё вернулось на круги своя.

А в декабре Виктор Бакшин, Анатолий Жабин, Валерий Сапронов уже сами стали инструкторами. Им поручили вести группы «перворазников». Затем уже кто-то из этих «перворазников» стал учить следующих. Колесо сансары в действии…